Кейнсианская теория. Экономическая модель Джона Мейнарда Кейнса

Кейнсианская теория возникла в 1936 г. с выходом в свет книги Джона Мейнарда Кейнса «Общая теория занятости, процента и денег». Своеобразие этой теории заключается в отказе от целого ряда постулатов классической и неоклассической теорий и утверждении активной роли государства в определении объема инвестиций, регулировании ставки процента и политике доходов. Кейнс отверг постулат о добровольной безработице[1], и ввел понятие «вынужденная безработица», отказался от «закона Сэя» и отверг количественную теорию, устанавливающую прямую связь между количеством денег и ценами.

 Джон Мейнард Кейнс

В экономической модели Дж. М. Кейнса деньги играют важную роль (по его собственным словам, «деньги выступают на сцену важным и специфическим образом»). Их количество может быть важным фактором, определяющим совокупные расходы (объем агрегированного спроса). Изменение количества денег может воздействовать: на кривую предельной эффективности инвестиций (через ожидания предпринимателей относительно характера и условий денежно-кредитной политики в ближайшей перспективе); на ставку процента; на потребительскую функцию.

Главным каналом связи между деньгами и воспроизводством служит ставка процента, находящаяся под воздействием денежного рынка и влияющая на принятие решений хозяйствующими субъектами о размерах предполагаемых инвестиций. Тот факт, что изменение предложения денег может оказывать воздействие на ставку процента, был известен задолго до появления кейнсианской теории. Однако до этого экономисты обычно полагали, что воздействие количества денег на ставку процента кратковременно и продолжается до тех пор, пока не произойдет общего повышения цен.

В теории Кейнса изменение ставки процента в условиях неполной занятости не проходит бесследно. Оно повышает доход и занятость и не обязательно ведет к росту цен. При этом важно, в какие сферы функционирования денег (в зависимости от мотивов спроса на деньги) поступают новые деньги. Если новые деньги поступают в сферу трансакций, они могут непосредственно влиять на инфляцию. Поступая в сферу активов, — хранятся в виде «праздных остатков» — запасов наличности у домохозяйств, или направляются на покупку ценных бумаг и, тем самым, косвенно содействуют росту совокупного спроса посредством снижения ставки процента.

спрос на деньги

Однако, в его модели каналы воздействия денег на реальное производство могут быть заблокированы. В случае, если одновременно с ростом денежного предложения растет предпочтение ликвидности, ставка процента становится неэластичной по количеству денег (функция сиро- са на деньги становится высокоэластичной по проценту)[2], а инвестиционная функция — неэластичной по ставке процента. Инвестиционная функция может быть неэластична по проценту в области низких значений процента. В этой области дальнейшее снижение ставки процента ведет к расширению спроса на деньги, но не к увеличению инвестиций. Это означает, что возможности денежно-кредитной политики, способствующей снижению ставки процента, исчерпаны. Даже если денежным властям все же удастся снизить ставку процента, но при этом упадет предельная эффективность капитала, денежно-кредитная политика также не даст положительного эффекта увеличения инвестиций[3].

В момент кризиса снижение предельной эффективности капитала может оказаться настолько сильным, что никакое возможное снижение нормы процента не будет достаточным для поддержания необходимого уровня инвестиций. Предельная эффективность капитала по большей части — это психологический феномен делового мира, и поэтому плохо поддается контролю.

В случаях подобных «ловушек», по-Кейнсу, необходимы меры государственной финансовой политики, способствующие сдвигу инвестиционной функции[4]. В обычных условиях, когда, как инвестиционная функция, так и функция спроса на деньги в определенной мере эластичны по ставке процента, финансовая и денежная политика должны сочетаться, дополнять и поддерживать друг друга[5].

Связь между деньгами и ценами, по-Кейнсу, не является прямой. «Пока имеется неполная занятость факторов производства, — писал он, — степень их использования будет изменяться в той же пропорции, что и количество денег; если же налицо полная их занятость, цены будут изменяться в той же пропорции, что и количество денег»[6]. Рост денежной маcсы, таким образом, до определенных пределов активизирует факторы производства, но за этими пределами он вызывает инфляцию.

До 1970-х гг. кейнсианство определяло экономическую политику западных стран. Наиболее жесткий вариант кейнсианской политики осуществляла Япония, добившаяся в 1950-60-х гг. беспрецедентного экономического роста. Но в начале 1970-1980-х гг. в западной экономической политике возобладали консервативные научные направления. Толчок этому дал кризис (экономический спад) вследствие нефтяного шока в первой половине 1970-х гг., сопровождавшийся инфляцией (явление стагфляции). «Стагфляция была для кейнсианской теории тем же, чем Великая депрессия — для классической ортодоксии», — замечал Дж. Тобин[7].

Что касается взглядов Дж. Кейнса на каналы предложения денег центральным банком, то он считал, что активное сальдо торгового баланса и связанный с ним приток золота[8] в страну служил во времена меркантилистов спасительным средством снижения процента и увеличения инвестиций за границей. Он, в частности, писал: «В те времена, когда государственная власть не располагала возможностями прямого воздействия на норму процента внутри страны и на другие побуждения к внутренним инвестициям, меры, предпринимавшиеся в целях увеличения благоприятного сальдо торгового баланса, были единственным, прямым средством в распоряжении государства для увеличения инвестиций за границей. В то же время влияние благоприятного сальдо торгового баланса на приток драгоценных металлов было единственным косвенным средством для сокращения внутренней нормы процента и, следовательно, для усиления побуждения к внутренним инвестициям»[9].

Таким образом, внешний приток денег, согласно Кейнсу, способствует снижению ставки процента и только вследствие этого стимулирует инвестиции внутри страны. Но вместе с тем приток денег в страну служит источником инвестиций за рубежом. Однако, как считал Дж. Кейнс, совсем не обязательно привязывать внутреннюю денежную политику к притоку международного платежного средства. Необходимое для снижения ставки процента и стимулирования внутренних инвестиций увеличение количества денег может быть достигнуто без притока валюты, без поддержания сильного положительного сальдо торгового баланса.

В условиях неполной занятости расширение количества денег и предоставленного банками дополнительного кредита, выступая, с одной стороны, в качестве незапланированных (принудительных, вынужденных) сбережений общества, может превратиться, — с другой, в дополнительные инвестиции. Ставка процента и уровень цен могут не изменятся, если в экономике наблюдается неполная занятость и если Центральный банк будет изменять положение кривой LM, так чтобы увеличение спроса на деньги по мере роста дохода не натолкнулось на повышение ставки процента, задаваемое восходящим наклоном кривой LM. «Теоретически мыслим, — отмечает Маневич В. Е., — даже понижающийся наклон кривой LM, обеспечиваемый соответствующей денежной политикой»[10][11].

Даже в условиях золотого стандарта, когда без активного торгового баланса невозможно было увеличить количество денег в стране и добиться снижения ставки процента, сальдо торгового баланса должно было быть умеренным. Иначе приток денег в страну мог обернуться либо инфляцией, вызывающей рост ставки процента, либо неуправляемой их утечкой из страны, равнозначной вывозу капитала.

До Первой мировой войны, по словам Кейнса, «в довоенные годы XX в. Великобритания являла пример страны, где чрезмерно широкие возможности предоставления иностранных кредитов и приобретения собственности за границей часто препятствовали снижению внутренней нормы процента, тогда как последнее было необходимо для обеспечения полной занятости внутри страны»[12]. «В экономике, где… уровень внутренней нормы процента определяется главным образом платежным балансом… у государственных органов нет иного общепринятого средства противодействия безработице внутри страны, кроме борьбы за увеличение экспортного излишка и импорта денежного металла за счет соседей»[13].

Кейнсианская теория

Но если оторвать денежную политику от золота, количество денег и ставка процента становятся независимыми от торгового баланса. «Именно политика независимой нормы процента, — писал Кейнс, — не нарушаемая соображениями международных отношений, и осуществления программы национальных инвестиций, направленной на достижение высокого уровня внутренней занятости, дважды благословенна потому, что она одновременно помогает и нам, и нашим соседям. И именно одновременное проведение такой политики всеми странами, вместе взятыми, способно восстановить экономическое благополучие и мощь в международном масштабе…»[14]. Этот вывод очень важен для современного положения России, который был учтен нами при формировании денежно-кредитной политики на перспективу.

  1. Согласно этому постулату, рабочие отказываются от работы, если считают, что полезность заработной платы меньше предельной тягости труда.
  2. Кейнс считал на этом основании, что воздействие банковской политики на ставку процента само по себе не достаточно для обеспечения оптимального размера инвестиций. Регулирование объема инвестиций, также считал он, небезопасно оставлять в частных руках.
  3. Кейнс считал, что типичной и часто доминирующей причиной кризиса является не рост нормы процента, а внезапное падение предельной эффективности капитала.
  4. Сдвиг шкалы предельной эффективности (инвестиционной функции), означающий, что каждой данной ставке процента соответствует больший объем инвестиций, может достигаться благодаря следующим факторам (не связанным с динамикой процента): увеличению государственных инвестиций в инфраструктуру; открытию новых природных ресурсов, освоению новых земель; благоприятным ожиданиям будущего повышения доходности инвестиций (например, вследствие удешевления первичных ресурсов) и проч.
  5. Маневич В. Е. Кейнсианская теория и российская экономика / В. Е. Маневич. Ин-т проблем рынка РАН. М.: Наука, 2008. С. 100.
  6. Кейнс Дж. Общая теория занятости, процента и денег. М.: Прогресс, 1978. С. 370-371. Э. Хансен сформулировал эту мысль следующим образом: новые деньги могут перехватывать ресурсы, которые уже используются. Тогда выпуск денег ведет к росту цен. Но они могут открывать доступ к еще не использованным ресурсам. Тогда растет экономика. «Такова «великая загадка денег». Выпуск новых денег может создавать богатство» (Хансен Э. Денежная теория и финансовая политика / Пер. с англ. М.: Дело, 2006. С. 62).
  7. Цит. по: Маневич В. Е. Кейнсианская теория и российская экономика / В. Е. Маневич; Ин-т проблем рынка РАН. М.: Наука, 2008. С. 6.
  8. В настоящей экономической действительности к притоку золота можно приравнять приток иностранной валюты.
  9. Маневич В. Е. Макромодель российской экономики и финансово-кредитная система // Бизнес и банки. 2003. №44.С.З.
  10. «В условиях неполной занятости расширение количества денег и предоставленного банками дополнительного кредита вызывает рост производства и дохода и отнюдь не обязательно ведет к росту цен. Следовательно, сбережения, возникающие благодаря увеличению количества денег, являются вполне реальными сбережениями, они позволяют вовлечь в процесс производства неиспользованные прежде ресурсы и не сопровождаются сокращением потребления» (Маневич В. Е. Кейнсианская теория и российская экономика / В. Е. Маневич; Ин-т проблем рынка РАН. М.: Наука, 2008. С. 87).
  11. Маневич В. Е. Кейнсианская теория и российская экономика / В. Е. Маневич. Ин-т проблем рынка РАН. М.: Наука, 2008. С. 93.
  12. Кейнс Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег. М.: Гелиос АРВ, 2002. С. 310.
  13. Там же. С. 320.
  14. Тамже. С. 321.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *