Вещное право

1. Понятие вещного права

1.1.  Вещное право как подотрасль гражданского права

Вещное право охватывает нормы о правах лиц на присвоение вещей – традиционных и наиболее распространенных объектов гражданских правоотношений. Возникающие на основе этих норм субъективные вещные права оформляют и закрепляют принадлежность вещей (материальных, телесных объектов имущественного оборота) субъектам гражданских правоотношений, иначе говоря, статику имущественных отношений, регулируемых гражданским правом. Этим они отличаются от обязательственных прав, оформляющих переход вещей и иных объектов гражданских правоотношений от одних участников (субъектов) к другим (динамику имущественных отношений, т.е. собственно гражданский оборот), а также от интеллектуальных прав, имеющих объектом нематериальные результаты творческой деятельности либо средства индивидуализации. Нормы  о вещных правах составляют самостоятельную подотрасль гражданского права – вещное право.

В рамках частного хозяйства одни лица присваивают соответствующие вещи, относясь к ним как к своим собственным, а для всех других лиц эти вещи становятся чужими. При этом фактические (экономические) отношения присвоения рассматриваются как отношения собственности. С помощью различных имущественных, прежде всего вещных прав они получают юридическое оформление. Типичным правом такого вида является право собственности на вещь, которое действительно становится основным, центральным вещным правом. Однако одним правом собственности, по словам И.А. Покровского, «мог бы удовлетвориться только разве самый примитивный экономический быт» [1]. Таковыми, например, были феодальные отношения землепользования, юридически оформлявшиеся путем признания нескольких «прав собственности» разных лиц (сюзерена и его вассалов) на одно и то же землевладение.

Однако нормальное хозяйственное развитие неизбежно потребовало таких юридических форм, которые обеспечивали бы экономически необходимое и вместе с тем юридически прочное участие одного лица в праве собственности другого. Это касается прежде всего земельной собственности: естественная ограниченность ее объектов в сочетании с монополией частных собственников стала препятствием для их широкого хозяйственного использования. Поэтому с развитием   и усложнением товарного хозяйства в континентальной Европе была единодушно отвергнута обоснованная глоссаторами и постглоссаторами для времен феодализма идея «разделенной», или «расщепленной», собственности. Она получила здесь замену в виде разработанной германскими пандектистами в XVIII–XIX вв. теории ограниченных вещных прав на недвижимые вещи [2].

В советский период в связи с национализацией земли и ликвидацией понятия «недвижимость», а также с установлением планово-организованного имущественного оборота надобность в категории вещных прав отпала и на смену ей пришли различные «формы» и «виды» права собственности (по своей сути напоминавшие феодальные юридические конструкции). С возрождением же ее в новом российском законодательстве оказалось, что общепризнанная концепция вещных прав в отечественной теории отсутствует. Данное положение стало прямым следствием забвения в советское время классического учения о вещных правах и вызванной этим недооценки его значения в регулировании современных имущественных отношений [3].

1.2.  Понятие и признаки вещных прав

Вещные права создают особый гражданско-правовой режим, отличающийся от режима других имущественных прав: обязательственных, а также исключительных и корпоративных. В сравнении с традиционно противопоставляемыми им обязательственными правами режим вещных прав характеризуется «юридической прочностью», обеспеченностью. Она выражается в том, что вещное право заключает в себе известную власть над вещью, не зависящую от смены ее собственника (владельца), тогда как в обязательственном отношении по пользованию чужой вещью власть кредитора распространяется на поведение обязанного лица (должника), а не на его объект (вещь).

Вещное право дает возможность управомоченному лицу удовлетворить свои потребности собственными действиями, тогда как в обязательственных отношениях они удовлетворяются только с помощью действий обязанных лиц.

По справедливому замечанию К.П. Победоносцева, «имея власть над вещью, я имею вещь приобретенную, я приобрел саму вещь; имея требование по поводу вещи, я имею только право на приобретение вещи. Первое есть осуществленное право на вещь, второе – осуществимое право на вещь» [4]. Поэтому основной способ защиты нарушенного вещного права составляет требование о возврате (передаче) управомоченному лицу самой вещи в натуре, а в обязательственных отношениях ему по общему правилу приходится удовлетвориться лишь компенсацией убытков. Этим определяется необходимость ясного представления об особенностях вещных прав. Вещные права характеризуются следующими основными чертами.

Во-первых, они устанавливают господство лица над вещью, а не над поведением другого, обязанного лица (что характерно для обязательственных прав). Они юридически оформляют непосредственное отношение лица к вещи, дающее ему возможность использовать данную вещь в своих интересах без участия иных лиц (независимо от совершения ими каких-либо действий). В обязательственных отношениях управомоченное лицо может удовлетворить свой интерес лишь с помощью определенных действий обязанного лица (по передаче имущества, производству работ, оказанию услуг и т.д.).

Практическое различие режима вещных и обязательственных прав имели возможность почувствовать на себе, например, «обманутые дольщики», надеявшиеся стать собственниками квартир непосредственно после уплаты денег «застройщику», а не после реального создания им этих объектов и их передачи в собственность «дольщиков».

Во-вторых, юридическую специфику вещного права составляет его абсолютный характер. Ведь оно определяет связи управомоченного лица со всеми другими (третьими) лицами, а не с конкретным обязанным лицом (что характерно для обязательственных прав, являющихся в силу этого относительными по своей юридической природе). Абсолютность вещных прав обусловлена как раз тем, что они закрепляют отношение лица к вещи, а не к другим лицам, исключая для всех них возможность препятствовать управомоченному лицу в использовании вещи либо воздействовать на вещь без его разрешения.

В-третьих, абсолютный характер вещных прав делает необходимой их гражданско-правовую защиту с помощью особых вещно-правовых исков, которые также могут быть направлены против любых лиц, поскольку любое лицо может стать нарушителем вещного права (тогда как нарушителем обязательственного права может стать только конкретное обязанное лицо, к которому и будет обращен соответствующий обязательственно-правовой иск). Правда, по нашему праву вещно-правовой иск во многих случаях может предъявить и субъект обязательственного, а не вещного права (если он обладает правомочием владения в отношении конкретной вещи). Однако субъект вещного права в этом своем качестве не сможет воспользоваться обязательственно-правовым иском в свою защиту [5].

В-четвертых, объектом вещных прав могут служить только индивидуально определенные вещи, а потому с гибелью соответствующей вещи автоматически прекращается и вещное право на нее. Объектом же обязательственного права является поведение обязанного лица – должника, причем обязанность последнего может переходить к другим лицам в порядке правопреемства даже после смерти гражданина или прекращения юридического лица. Объектом вещных прав не могут быть не только другие (обязательственные) права, т.е. по сути поведение обязанных лиц, но и вещи, определенные родовыми признаками, ибо осуществление хозяйственного господства невозможно в отношении неиндивидуализированного, абстрактно представляемого имущества.

В-пятых, из абсолютного характера вещных прав, действующих  в отношении всех третьих лиц, которые должны быть четко осведомлены о содержании и видах таких прав, вытекает необходимость исчерпывающего определения в законе как видов (перечня) вещных прав, так и их содержания. Такая императивная по характеру регламентация исключает какие-либо возможности появления новых, неизвестных закону видов вещных прав либо какое бы то ни было изменение их содержания их субъектами [6]. В относительных же (обязательственных) отношениях стороны связаны лишь друг с другом, а потому их регламентация и носит по преимуществу диспозитивный характер. В результате этого их участники могут создать права, не предусмотренные никаким законом (п. 1 ст. 8 ГК), а содержание обязательственных прав, возникающих из договоров, обычно определяется усмотрением сторон, которые могут варьировать его в конкретных ситуациях. Например, арендатор в зависимости от соглашения с арендодателем может иметь или не иметь правомочие распоряжения арендованным имуществом (путем сдачи его в субаренду, осуществления его перенайма, отдачи арендных прав в залог и т.п.) (п. 2 ст. 615 ГК), тогда как обладатель сервитутного или залогового права никоим образом не может изменить его содержание даже по соглашению с собственником вещи.

Суммируя изложенное, можно сказать, что вещным правом является предусмотренное законом абсолютное субъективное гражданское право лица, предоставляющее ему возможность непосредственного господства над конкретной вещью и отстранения от нее всех других лиц, защищаемое специальными гражданско-правовыми исками.

1.3.  Объекты вещных прав

Объектами вещных прав признаются только вещи, причем индивидуально определенные. Объектом обязательственных прав могут быть и вещи, определенные родовыми признаками (обязательство поставить определенное количество однородных товаров), и даже часть вещи (например, при найме части полезной площади нежилого помещения для размещения небольшого киоска, магазина и т.п.). Для вещных прав такая ситуация исключается, ибо названные объекты не могут находиться в чьем-либо конкретном владении и стать предметом хозяйственного господства.

Что же касается «имущества» как возможного объекта права собственности и нахождения в его составе имущественных прав («бестелесных вещей» и т.п.) или обязанностей, то следует иметь в виду условность такой квалификации. «Имущество» составляет единый комплекс лишь для целей оборота, т.е. в обязательственных отношениях (например, при совершении сделок по продаже или аренде предприятия) либо в случаях универсального правопреемства (при прекращении существования одного из субъектов в ситуации реорганизации юридических лиц или наследования после смерти гражданина). Таковым, например, является наследственное имущество (наследство, наследственная масса) в соответствии с ч. 1 ст. 1112 ГК. При непосредственном использовании имущества его собственником (субъектом иного вещного права), т.е. в статике имущественных отношений, сразу же выявляются особенности правового режима отдельных составляющих его объектов.

В этом реализуется традиционный для вещных прав принцип специализации, согласно которому вещное право, в отличие от обязательственного, можно установить только на отдельные, индивидуально определенные вещи, но не на их совокупности. Поэтому с вещно-правовых позиций невозможно объявить объектом права собственности конкретного лица его «имущество в целом», ибо правовой режим конкретных объектов, составляющих имущество («собственность») лица, в действительности различен. В частности, имущественные права не могут и не должны рассматриваться в качестве самостоятельных объектов вещных прав (исключается ситуация появления «права собственности на право»).

Что касается земли и других природных ресурсов, то как таковые они не являются индивидуально определенными вещами и потому не могут являться объектами права собственности в гражданско-правовом смысле. Объектами вещных прав, в том числе права собственности, могут являться лишь отдельные земельные участки, прошедшие кадастровый учет (т.е. юридически индивидуализированные), или участки недр. Вместе с тем правовой режим земли и других природных ресурсов регламентируется нормами публичного (земельного, экологического и природоресурсного) права, которое регулирует их использование и охрану как «основы жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории» (п. 1 ст. 9 Конституции РФ) [7]. Поэтому рассмотрение природных ресурсов как «общенародного достояния» и придание им в этом качестве особого правового режима (нередко предлагаемого в современной отечественной литературе) выходят за рамки гражданского права, ибо такой режим может быть только публично-правовым.

1.4.  Виды вещных прав

Категорией вещных прав охватываются:

  • во-первых, право собственности – наиболее широкое по объему правомочий вещное право, предоставляющее управомоченному лицу максимальные (хотя и отнюдь не безграничные) возможности использования принадлежащих ему вещей. Оно является основным, наиболее важным, но не единственным вещным правом;
  • во-вторых, иные, ограниченные (по сравнению с содержанием права собственности) вещные права (iure in re aliena – «права на чужие вещи»), например сервитуты. Их  подавляющее  большинство  связано с использованием земельных участков и других объектов недвижимости и в силу этого они подлежат государственной регистрации.

В период господства плановой экономики появились «вещные права», призванные оформлять в достаточной мере условную имущественную обособленность государственных предприятий и учреждений – юридических лиц, не являющихся собственниками закрепленного за ними государственного имущества.

Права оперативного управления и хозяйственного ведения имуществом учредителя-собственника сохраняются в нынешней экономике переходного типа вместе с не менее искусственными организационно-правовыми формами юридических лиц – несобственников, позволяя последним считаться самостоятельными участниками гражданско-правовых отношений. Законом (п. 1 ст. 216 ГК) они отнесены к вещным правам, составляя их особую, третью группу, не основанную на классических подходах к данной категории.

В российском гражданском праве в качестве самостоятельного вещного права не выделяется право владения вещью (имуществом). Оно традиционно рассматривается лишь в качестве правомочия (составной части) определенных вещных и обязательственных прав, не имеющего самостоятельного значения. При этом признание владения правомочием ряда обязательственных прав (например, прав арендатора или хранителя вещи) привело к признанию субъектов этих прав законными (титульными) владельцами соответствующего имущества (вещей) с предоставлением им вещно-правовой (владельческой) защиты. Однако данная защита действует только в отношении посягательств третьих лиц, не являющихся стороной соответствующего договора, а «владелец» получает лишь «право защищать (правда, в своих интересах) сферу чужого фактического господства» [8]. При нарушении же условий договора контрагентом владение должно защищаться обязательственно-правовыми, а не вещными исками (ст. 398 ГК).

Кроме того, действуют правила о защите фактического владения (п. 2 ст. 234 ГК), что придает ему известное юридическое значение, хотя также не превращает в самостоятельное вещное право [9]. Фактическое (беститульное) владение, по меткому выражению Г. Дернбурга, «время возводит в право» (приобретательная давность), и потому фактический владелец с помощью вещно-правовых исков защищает свое господство над вещью, которое нельзя смешивать с владением чужой вещью в рамках обязательственных отношений.

Таким образом, владение в российском праве представляет собой либо фактическое (не юридическое) состояние, либо элемент (правомочие) других (обязательственных или вещных) прав, но не особое, самостоятельное вещное право.

2. Вещное право и присвоение (собственность)

2.1.  Собственность (присвоение) как экономическая категория

Термин «собственность» употребляется в самых разнообразных значениях. В одних случаях его используют как синоним, эквивалент понятий «имущество» или «вещи», говоря, например, о «передаче собственности» или о «приобретении собственности». В других случаях считают, что речь идет о сугубо экономическом отношении, а иногда, напротив, это понятие отождествляют с чисто юридической категорией – правом собственности и т.д. В результате этой путаницы складываются ошибочные представления и стереотипы относительно собственности – в частности, распространенное мнение о том, что экономические отношения собственности юридически всегда оформляются только с помощью права собственности. Между тем в экономическом и юридическом понимании собственности имеются существенные различия.

Собственность – это, конечно, не вещи и не имущество. Это определенное экономическое (фактическое) отношение, подвергаемое правовому оформлению. Экономическое отношение собственности:

  • во-первых, состоит из отношения лица к имуществу (материальному или нематериальному благу, а не только к вещи) как к своему, присвоенному, которое можно непосредственно использовать по своему усмотрению и в собственных интересах;
  • во-вторых, включает также отношение между людьми по поводу присвоенного имущества, которое заключается в том, что лицу, присвоившему имущество, все другие лица должны не препятствовать в его самостоятельном использовании; более того, присвоивший имущество по своему усмотрению может отстранять или допускать других лиц к его использованию.

Первое из названных отношений, выражающее господство лица над имуществом, рассматривается как вещественная сторона экономических отношений собственности. Второе отношение, отражающее отстранение всех других лиц от чужого, присвоенного имущества, составляет общественную (социальную) сторону этих отношений [10].

Право оформляет обе названные стороны экономических (фактических) отношений собственности: и отношения между людьми по поводу имущества, давая владельцу возможности защиты от необоснованных посягательств иных (третьих) лиц, и его отношение к присвоенному имуществу, определяя возможности и границы его дозволенного использования. В первом случае проявляется абсолютный характер вещных правоотношений, в том числе правоотношений собственности. Во втором случае речь идет о содержании и реальном объеме правомочий субъекта имущественного права (в том числе собственника). Таким образом, правовая форма отношений собственности (присвоения) предопределяется их экономическим содержанием.

Экономическое содержание отношений собственности заключается, во-первых, в том, что лицо присваивает некие блага (имущество), которые тем самым отчуждаются от других лиц. Очевидная суть присвоения заключается  в  отношении  к  присвоенному  имуществу  как к своему. При этом присвоение какого-то имущества одним лицом неизбежно влечет отчуждение этого имущества от всех других лиц, иначе присвоение теряет всякий смысл. Поэтому, например, провозглашавшиеся у нас попытки  «ликвидации  всеобщего  отчуждения от средств производства» или еще от какого-либо имущества – бессмыслица, ибо конкретные вещи не могут быть одновременно присвоены всеми. С этой точки зрения любая собственность (присвоение) является частной, так как оформляет принадлежность конкретных вещей конкретным лицам (субъектам), в том числе,  например, государству, поскольку последнее  как  самостоятельный  субъект в этом смысле противостоит всем другим субъектам, в  том числе    и собственным гражданам.

Во-вторых, присвоение имущества связано с осуществлением над ним хозяйственного (экономического) господства, т.е. с исключительной возможностью лица, присвоившего конкретное имущество, по своему усмотрению решать, каким образом использовать это имущество. При этом такое лицо руководствуется собственными интересами, а не указаниями иных лиц, например органов государства, определяя направления использования своего имущества (какую его часть пустить в оборот и на каких условиях, какую оставить в резерве, какую потребить и т.д.), в том числе допуская к его использованию других лиц или устраняя их от этого.

В-третьих, лицо, присвоившее имущество, получает не только приятное «благо» обладания им как следствие своего хозяйственного господства над имуществом. Одновременно на него возлагается и бремя содержания собственных вещей, в том числе:

  • необходимость осуществления их ремонта и охраны;
  • несение риска случайной гибели или порчи от причин, за которые никто не отвечает (например, при стихийных бедствиях);
  • несение риска возможных потерь от неумелого или нерационального ведения своих дел (вплоть до разорения и банкротства).

В этом смысле наличие бремени собственности действительно обязывает владельца имущества быть настоящим, заботливым хозяином своих вещей и расчетливым коммерсантом [11].

Именно сочетание блага и бремени собственности характеризует положение настоящего собственника, а отсутствие бремени забот, риска и потерь имущества никогда не сделает его подлинным хозяином. Убедительное подтверждение этому дали предпринимавшиеся у нас в конце 80-х гг. XX в. попытки объявления трудовых коллективов «хозяевами» имущества государственных предприятий, а в настоящее время – статус унитарного предприятия, имущество которого теперь заботливо «охраняется» от других участников оборота его учредителем-собственником, а не самим владельцем.

Таким образом, экономические отношения собственности представляют собой отношения присвоения конкретными лицами определенного имущества (материальных и нематериальных благ), влекущие его отчуждение от всех иных лиц и предоставляющие возможность хозяйственного господства над присвоенным имуществом, соединенную с необходимостью несения бремени его содержания.

2.2. Правовые формы экономических отношений собственности

Фактические (экономические) отношения собственности появляются как следствие формирования рыночного хозяйства, основанного на товарно-денежном обмене. Ведь в натуральном хозяйстве производителю, как известно, незачем было «присваивать» произведенный им же продукт – он и так принадлежал ему и никому другому. А вот осуществить товарообмен без предварительного присвоения товара невозможно, ибо произвести отчуждение (обмен) товара сможет только тот, кто его присвоил. Участники товарообмена должны быть уверены в том, что именно отчуждатель осуществляет хозяйственное господство над данным товаром (имуществом), являясь, следовательно, его собственником. Поэтому отношения присвоения (собственности) являются необходимой предпосылкой товарообмена.

Более того, как показывает исторический опыт, в товарном (рыночном) хозяйстве они неизбежно требуют юридического признания и правовой защиты. Иначе говоря, здесь они всегда выступают как экономико-правовые отношения, поскольку их экономическое содержание немыслимо вне правовой оболочки [12].

Из этого, однако, не следует, что такие экономические отношения юридически всегда оформляются только с помощью права собственности. Экономические отношения собственности приобретают различные юридические (гражданско-правовые) формы. Ведь их объектом выступают товары, которые в развитом товарном обороте представляют собой отнюдь не только вещи. Форму товара получают как материальные, так и нематериальные результаты работ и услуг, нематериальные результаты творческой деятельности, а также отдельные права (например, оформленные в виде ценных бумаг либо корпоративных «прав участия») и даже средства индивидуализации товаров или их производителей (товарные знаки, фирменные наименования и т.п.). Гражданскоправовой режим этих объектов, как уже отмечалось, устанавливается с помощью не только вещных, но и обязательственных, и интеллектуальных, и корпоративных прав. И даже вещные права, имеющие объектом только вещи, тоже не исчерпываются правом собственности.

Как отмечал А.В. Венедиктов, «собственность в самом широком смысле – собственность как совокупность общественно-производственных отношений в целом – юридически опосредствуется не только путем права собственности, но и путем всей системы иных имущественных прав как вещного (ограниченные права пользования чужой вещью), так и обязательственного характера» [13].

Таким образом, товар в экономическом смысле юридически отнюдь не всегда составляет объект права собственности (хотя он в любом случае, безусловно, является объектом тех или иных гражданских прав). Экономические же отношения собственности как составная часть предмета гражданско-правового регулирования оказываются гораздо шире, чем непосредственный предмет права собственности или даже вещного права в целом. Последний представляет собой лишь часть экономических отношений собственности, охватывая отношения по принадлежности (присвоенности) только вещей, т.е. материальных благ, имеющих экономическую форму товара.

 

Список литературы:

  1. Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права (серия «Классика российской цивилистики»). М., 1998. С. 207.
  2. Подробнее об этом см.: Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность // Избранные труды по гражданскому праву: В 2 т. (серия «Классика российской цивилистики»). Т. II. М., 2004. С. 116–122; Рубанов А.А. Проблемы совершенствования теоретической модели права собственности // Развитие советского гражданского права на современном этапе. М., 1986. С. 106–110.
  3. Подробнее о появлении и развитии категории вещных прав см.: Суханов Е.А. Понятие и виды вещных прав // Право собственности: актуальные проблемы / Отв. ред. В.Н. Литовкин, Е.А. Суханов, В.В. Чубаров. М., 2008. С. 27–44.
  4. Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Первая часть: Вотчинные права (серия «Классика российской цивилистики»). М., 2000. С. 83.
  5. Попытки собственников использовать для защиты своего права иски о признании недействительными сделок, в которых они не участвовали, были признаны необоснованными КС РФ (подробнее см. § 6 гл. 8 настоящего тома учебника). Такая возможность предусмотрена законом лишь для собственников имущества унитарных предприятий, что вновь свидетельствует об искусственном характере имущественной обособленности последних.
  6. Данный основополагающий принцип «закрытого перечня» (numerus clausus) вещных прав, позволяющий четко разграничить их с обязательственными правами и в этом качестве давно отмечавшийся в классической литературе (см., например: Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву // Избранные труды по гражданскому праву: В 2 т. Т. I. М., 2002. С. 206), к сожалению, обычно остается без внимания во многих современных отечественных работах.
  7. На этом основано и различие правовых режимов «земли» (природных ресурсов) в гражданском и земельном праве: объектом гражданских, в том числе вещных, прав являются конкретные земельные участки как индивидуально определенные вещи, а имущественные отношения по их владению, пользованию и распоряжению относятся к предмету гражданского, а не земельного права (п. 3 ст. 3 ЗК), тогда как предметом последнего являются «отношения по использованию и охране земель в Российской Федерации как основы жизни и деятельности народов, проживающих на данной территории» (п. 1 ст. 3 ЗК). Следовательно, и многие нормы действующего Земельного кодекса (содержащиеся в его гл. III–VIII) по своей юридической природе в действительности являются гражданско-правовыми, а не земельно-правовыми.
  8. Покровский И.А. Указ. соч. С. 234.
  9. См.: Синайский В.И. Русское гражданское право (серия «Классика российской цивилистики»). М., 2002. С. 199. Данное обстоятельство и породило многолетнюю дискуссию о том, есть ли владение факт или право (подробнее о ней см., например: Вороной В.В. Феномен владения в цивилистической науке // Законодательство. 2002. № 10).
  10. В разное время подчеркивалась значимость одной из названных сторон: в дореволюционной литературе преобладали взгляды на собственность как на отношение лица к вещи, тогда как в советский период отношения собственности пытались свести к отношениям между людьми по поводу вещей. При этом дореволюционные цивилисты отмечали «новую теорию вещных правоотношений», которая не сводит их к отношениям «господства лица над вещью», а рассматривает как «отношение между управомоченным лицом и всеми третьими лицами по поводу вещей» (Синайский В.И. Указ. соч. С. 196–197), тогда как советские цивилисты не исключали понимания собственности  в качестве отношения лица к вещи как к своей (см.: Братусь С.Н. Предмет и система советского гражданского права. М., 1963. С. 23–24). В настоящее время вновь отмечается, что содержание отношений присвоения (собственности) ограничивается отношением лица к вещи и не включает в себя «общественную сторону» (Иванов А.А. Собственность и товарно-денежные отношения // Труды по гражданскому праву: К 75-летию Ю.К. Толстого / Под ред. А.А. Иванова. М., 2003. С. 56–58).
  11. Эту сторону содержания отношений собственности в современной литерату   ре удачно отметил и обосновал Д.Н. Сафиуллин. См.: Сафиуллин Д.Н. Общее понятие собственности и право собственности на современном этапе // Право собственности   в СССР. М., 1989. С. 43.
  12. См.: Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность // Избранные труды по гражданскому праву: В 2 т. (серия «Классика российской цивилистики»). Т. II. С. 31.
  13. Там же.

 

Дополнительная литература:

  • Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность // Избранные труды по гражданскому праву: В 2 т. (серия «Классика российской цивилистики»). Т. II. М., 2004.
  • Симолин А.А. Определение владения по нашему проекту и Германскому уложению // Симолин А.А. Возмездность, безвозмездность, смешанные договоры и иные теоретические проблемы гражданского права (серия «Классика российской цивилистики»). М., 2005.
  • Синайский В.И. Русское гражданское право (серия «Классика российской цивилистики»). М., 2002.
  • Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. 4-е изд. М., 2008. Гл. 1–10.
  • Суханов Е.А. Понятие и виды вещных прав // Право собственности: актуальные проблемы / Отв. ред. В.Н. Литовкин, Е.А. Суханов, В.В. Чубаров. М., 2008.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *